ШКОЛА СТАРИННОЙ МУЗЫКИ - БИБЛИОТЕКА
БИБЛИОТЕКА

Вольфрам фон Эшенбах

Парцифаль

© Лев Гинзбург, сокращенный перевод со средневерхненемецкого
© "Средневековый роман и повесть" М., "Художественная литература", 1974

Главы

I-II III-IV V-VI VII-VIII IX-X XI - XII XIII-XIV XV-XVI

 

XI

Спал наш Гаван самозабвенно,
Проспал бы сутки, несомненно,
И видел сладостные сны,
Когда бы солнышко стены
Лучом рассветным не коснулось...
Все в мире ожило, проснулось,
В окно вливался птичий гомон...
И, подойдя, увидел дом он -
Подобие огромной башни,
Где, повторяя день вчерашний,
Прильнуло к окнам столько дам!..
Как верить собственным глазам!
И что бы это означало?..
"Эх, дай-ка я посплю сначала", -
Гаван, подумавши, решил
И вновь улечься поспешил...
Но удивился до предела:
Дочь перевозчика сидела
Перед постелью, на ковре,
Вся в золоте и в серебре...
Ну, тут уж не до сна, конечно!
Гаван вполне простосердечно,
Ни гнев не выказав, ни спесь,
Спросил: "Дружок, зачем ты здесь?!
Ведь на дворе еще так рано!.."
И дева молвила Гавану:
"Узнай веление судьбы!
Отныне мы - твои рабы!
Отец мой, мать и мы - их дети...
Еще никто на белом свете
Так много счастья и добра
Нам не принес, как ты вчера..."
Гаван, решив, что это шутка,
Спросил: "Скажи-ка мне, малютка,
Что значит тот высокий дом,
Зачем так много окоп в нем,
Оправленных в большие рамы,
И кто такие эти дамы?
По-моему, здесь ни одна
Не отлипает от окна!.."
...Дева молвила в ответ:
"О сем не спрашивайте! Нет!
Я на вопрос какой угодно
Могу ответить вам свободно,
Но здесь останусь я нема!
Вы свели меня с ума
Вопросом, заданным некстати!.."
И, севши на пол, у кровати,
Она слезами залилась.
Стенала, плакала, тряслась,
Как бы в припадке вся дрожала...
Вбежал отец. И мать вбежала.
"Дочь дорогая! Что о тобой?
Наш покровитель дорогой
С тобою пошутил, возможно,
Ну... чуточку неосторожно!
Так ты уж, право, не серчай,
На ласку лаской отвечай..."
"О нет! Погибнуть мне на месте, -
Ее я не затронул чести! -
Гаван, бледнея, произнес. -
Я только задал ей вопрос
(Хоть он остался без ответа):
Что означает башня эта
И для чего столь много там
В окнах выставлено дам?
Я этой потрясен картиной...
Вопрос, как видите, невинный..."
Но простонал паромщик: "Нет!
Смерть означал бы наш ответ!
Ведь вы не знаете последствий...
Пред вами - бедствие из бедствий!..
Гаван сказал: "Как вы упрямы!
Коли в беду попали дамы,
Я постараюсь им помочь!..
Но вас, а также вашу дочь,
Всего вопрос поверг в смятенье.
Мне странно ваше поведенье!.."
"О господин, - паромщик рек, -
Вы, столь бесстрашный человек,
Не успокоитесь на этом!
Поскольку мы своим ответом
Невольно распалим ваш гнев.
И вы, обдумать не успев,
Без промедления, сейчас
Начнете действовать!.. Для нас,
Вам преданных и благодарных,
То было б хуже снов кошмарных.
Мы вами слишком дорожим
И оттого за вас дрожим.
Я говорю без тени фальши..."
Но рыцарь наседает дальше:
"Скажите правду, все, как есть!
Поймите: моя задета честь.
Прямо вас предупреждаю:
Не скажете - сам все узнаю..."
"Ну, что ж. Пеняйте на себя.
Молчать мы решили, вас любя.
Спешите запастись щитом,
Чтоб поздно не было потом!..
Узнайте же, что берег сей -
Земля чудес - Терремарвей. 128
Мы не хотим от вас скрывать,
Здесь есть волшебная кровать
Или иначе - Лимарвей!.. 129
(Ах, жизнью я поплачусь своей
За разглашение секрета!..)
Таинственная башня эта,
Почти достигшая небес, -
Шателъ Марвей, - в стране чудес
Волшебный замок, о котором
Давно по всем земным просторам
Молва недобрая идет...
Когда б вы знали, что вас ждет!
Пред тем, что ждет вас, все мученья
Невиннейшие развлеченья,
Все, что вас мучило порой,
Покажется детской вам игрой.
...Нет, вы не знали до сих пор,
Что злобный чародей Клингсор, 130
Волшебник и злодей отпетый,
Страною управляет этой,
Ярмо на подданных надев...
Четыреста прекрасных дев
Вы в окнах замка увидали.
Поймите: их заколдовали!
Клингсор! Он держит их в плену!..
Ах, без толку его кляну,
Поскольку все от вас зависит!..
Иль вседержитель вас возвысит
И силой вас снабдит такой,
Чтоб доблестной своей рукой
Смогли вы изверга обезглавить,
А сами нашей землею править,
Став нашим властелином впредь...
Иль суждено вам умереть,
Причем не просто, а с позором,
И пасть во прах перед Клингсором...
. . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . .
Я предостерегаю вас:
Бывало, рыцари не раз
Сих дев освободить хотели:
Давно их замки опустели.
Из этих рыцарей боевых
Не осталось почти никого в живых!..
Горько на судьбу я сетую...
И все ж, мой рыцарь, не советую
Напрасно жизнью рисковать.
Ведь та волшебная кровать
И многие другие вещи -
Воистину зловещи!.."
. . . . . . . . . . . . .
Гаван промолвил: "Но бойцу
Страшиться смерти - не к лицу!
Цель моя священна -
Вызволить из плена,
Спасти от бед ужасных
Всех этих дев прекрасных!..
Что ж! С божьей помощью! Пора!.."
...Сказал паромщик: "Вы вчера
Гевелиуса одолели.
И, может быть, на самом деле
Освободить удастся вам
Несчастных, что томятся там
И чей удел - могила...
На то дана вам сила!..
Сильнее вас я никого
Не видел, кроме одного
Бойца, в исколотых, помятых,
Необычайно красных латах:
Он их у Итера добыл,
Когда он Итера убил!..
Вот это - настоящий воин!
А я был чести удостоен
Его через поток везти:
К нам заглянул он по пути,
Куда-то торопился очень,
Был чем-то сильно озабочен
И в сущность скорбных наших дел,
Как видно, вникнуть не успел...
Итак, его я переправил...
Он пятерых коней мне оставил
В награду за мои труды...
Я на его щите следы
Весьма жестоких битв заметил.
На мой вопрос он мне ответил,
Что пятерых поочередно
(Ну, это ли не превосходно?)
Он паладинов победил,
Их покориться убедил
И в Пельрапер послал... Слыхали?
Все спрашивал он о Граале...
Такого редко встретишь... Да..."
..."Куда он поскакал?! Куда? -
Вскричал Гаван с горящим взглядом.
Да знал ли он, что я здесь рядом?!
О предстоящей битве знал?!"
"Клингсор его не занимал,
И я избег с ним разговора
Насчет проклятого Клингсора,
Его тревогою смущен:
Он был Граалем поглощен!.."
"Жаль, мы не встретили друг друга!..
Но полно!.. Где моя кольчуга?
Кольчугу! Шлем! Коня подать!
Настало время нападать!.."
. . . . . . . . . . . . .
Доспех Гавана превосходен.
И меч остер. А щит - негоден,
Пробитый в схватке боевой...
Паромщик щит приносит свой:
"Возьмите, может пригодиться!
Незаменимая вещица.
Порой весьма полезен щит:
Коль не спасет, так защитит!..
Да и с мечом не расставайтесь.
Пугать начнут - не поддавайтесь!..
И вот еще о чем прошу:
Зайдите в лавку, к торгашу,
Там, возле крепостных ворот...
Коль примет скверный оборот
Задуманное вами дело,
На него положиться можно всецело.
Оставьте у него коня!..
И передайте поклон от меня..."
...Гаван семейство это
За добрые советы
И помощь поблагодарил -
Им настежь сердце свое отворил...
И прочь отправился, спеша
Найти сначала торгаша,
Дабы коня ему оставить...
Я мог бы многое добавить,
Скажу, однако, кратко:
Все шло сначала гладко...
Воскликнул радостно купец:
"Ну, наконец-то! Наконец!..
Не надо мне вознагражденья:
Мы заждались освобожденья!.."
...Лежат товары на прилавке,
Пасется чей-то конь при лавке...
А наш герой, чуть поуняв
Запальчивый свой, гордый прав,
Пешком (поймите: это - к счастью ж!
Вошел в распахнутые настежь
Ворота замка... Ни один
Слуга ли, страж ли, паладин
Ему не встретился... Все было
Безлюдно, тихо... Все таило
В себе неясную беду...
Герой наш постоял в саду
И осмотрелся постепенно.
Его смущали эти стены:
Их осаждай хоть тридцать лет,
Надежды на победу нет.
Здесь штурм напрасен. И преступен.
Поскольку замок - неприступен!..
...Все это так... Но отчего
Не видно в окнах никого?
Исчезли женские фигуры...
По утвержденыо Авентюры,
Гаван, в раздумья погружен,
Был крышей замка поражен,
Столь светлой, пестрой и прозрачной.
(Он счел ее весьма удачной,
С павлиньим опереньем схожей,
И он преклонился пред волей божьей...)
...Заметим, что ни дождь, ни град,
Ни самый сильный снегопад
Не могут повредить узорам,
Представшим перед нашим взором...
...Гаван по лестнице идет
(Как знать, куда она ведет?),
А после, длинным переходом,
Под куполообразным сводом,
Он шествует из зала в зал.
Ну, хоть кого бы повстречал!..
Все комнаты - как нежилые.
Да люди есть ли здесь живые?..
И вдруг он главный видит зал,
Где пол сверкает, как кристалл...
Вот здесь - посередине зала -
Кровать волшебная стояла.
Ее четыре колеса,
Все - вот какие чудеса! -
Из настоящего рубина!..
Необычайная картина!..
Но пол, что выложил Клингсор
Дарами всех на свете гор,
Великолепным малахитом,
Гранатом, яшмой, хризолитом,
Любое диво затмевал!..
Клингсор недаром затевал
Свершить немыслимое чудо:
Собрать в свой замок отовсюду
Богатства всех краев земли!..
Тех, что вблизи и что вдали!..
...Был до кровати шаг - не боле.
Но пол - что ледяное поле.
Чуть только по полу пройдешь,
Как поскользнешься, упадешь...
Наш друг, проникнуть в зал пытаясь,
Едва не падая, шатаясь,
До цели чуть ли не добрел!..
Но трюк волшебник изобрел:
Кровать отъехала в сторонку!
Герой Гаван за ней вдогонку!
А та - проворно - от него!..
Вот что такое - волшебство!..
Гаван решил: "Пусть это - чудо,
Но бегать я за ним не буду!.."
Присел, пригнулся он и - прыг! -
Он - на кровати! В тот же миг,
Как он блаженно распластался,
Необычайный гром раздался.
Пред этим грохотом слаба
Была архангела труба.
Все грохотало, все гремело!..
Хоть действовал Гаван умело
И на кровать бесстрашно лег,
Он все равно уснуть не мог.
А гром ревел, а гром ярился...
Тогда Гаван щитом укрылся...
И сжалился над ним творец,
Внезапно положив конец
Своей спасительною дланью
Немыслимому грохотанью...
...Но тут из пятисот пращей
(Губительнее нет вещей!)
В Гавана камни полетели.
Герой наш, сидя на постели,
Наверно, помер бы на ней,
Попав под этот град камней,
Но мы-то ведь не забываем,
Что щит-то был непробиваем,
И камни, что пращи метали,
О щит ударясь, отлетали...
Но вот запас камней иссяк...
И тотчас - тоже не пустяк! -
В сопровожденье странных звуков
Из страшных, смертоносных луков
Посыпались вдруг тучи стрел.
Щит не поддался! Уцелел!
Гавана стрелы не задели!..
...Наверно, мы бы поседели,
Попав в подобный переплет!..
А вот Гаван на все плюет!..
Да... Мы, прости нас, правый боже,
Мы на Гавана не похожи:
Чуть что - нас страх в дугу согнул
А тот и глазом не моргнул!..
...Но вдруг здоровый мужичина
(Лицо - ужасная личина),
Обросший рыбьей чешуей,
Вошел с дубиною большой.
Нет, не с большою, а с громадной
Вид у него был кровожадный.
Не дай бог никому из нас
С таким вот встретиться хоть раз.
Но тешит нас соображенье:
Детина-то без снаряженья,
А рыцарь со щитом своим
Пока что был неуязвим.
Лишь увидал мужик Гавана,
Отвисла челюсть у мужлана.
Орет, проклятый, пасть раскрыв:
"Того не может быть! Он жив!"
"Боюсь, ты раньше околеешь!.."
"Ничем его не одолеешь,
А только влипнешь сам в беду!
Себе дороже! Я пойду!.."
...И вдруг донесся до Гавана
Неясный грохот барабана...
Нет, барабанов двадцать штук
Тревожный издавали звук.
И в зал огромный лев ворвался.
Он бешен был: проголодался
И человечины алкал.
Клингсор его поднатаскал!
К ремням щита он лапу тянет
(А барабаны барабанят),
Щит без надежного ремня -
Почти как всадник без коня!..
Но у Гавана был недаром
С собою меч!.. Одним ударом
Он зверю лапу отрубил.
Лев не взревел! Он протрубил
Крик дикой, небывалой боли!..
Но, повинуясь божьей воле,
Герой Гаван решает в грудь
Льву свой булатный меч воткнуть.
И мертвым лев свалился на пол...
Он лишь немного поцарапал
Героя... Но Гаван устал
И, обескровленный, упал
На львиный труп в изнеможенье...
И к тем пришло освобожденье,
Кого, ценой утраты сил,
От колдовства освободил
Герой, сражавшийся столь лихо...
Все смолкло... Всюду было тихо,
Пока, в окно не поглядев,
Одна из горемычных дев
Своими глазами не увидала
Мертвого льва посредине зала
И лежащего рядом со львом бездыханно
Героя - отважнейшего Гавана...
Пришлось дрожащей от страха деве
К Арниве, 131 старой королеве,
Бежать, чтоб поскорей принесть
Необычайнейшую весть,
Что столь же непонятна,
Сколь и невероятна...
Скажите, вы понять могли б -
Погиб герой иль не погиб,
Когда бы вы не знали
О том, что было в зале?..
Арнива же была умна.
Двум юным пленницам она
Тотчас повелела
Разведать: в чем тут дело?..
...Как девы Гавана увидали,
Они безудержно зарыдали:
"Герой убит! Он недвижим!
Но мы ему принадлежим!.."
Сим преданность они явили...
И вдруг дыханье уловили,
Слетевшее с пунцовых губ!..
О, перед ними был не труп!..
Едва с него доспехи сняли,
Как с упоеньем слушать стали
Слова, что спящий лепетал...
При этом с уст его слетал
Звук, на чуть слышный стон похожий...
Спаси того, великий боже,
Кто вызволил нас из беды!..
"Скорей, - кричат, - воды! Воды!.."
Ему уста они разжали
(Алые губы его чуть дрожали).
Воды студеной влили в рот...
Но... Дальше слушайте!.. И вот
Глаза его раскрылись ясные.
Он видит: женщины прекрасные
Столпились около него
И все благодарят его
За возвращенную свободу...
Кто свежую приносит воду,
А кто - целительную мазь,
Чтоб смог скорей подняться князь
После невообразимых пыток...
Арнива сварила ему напиток,
Найдя целительную травку,
Чтоб дело быстрее пошло на поправку.
Герой с охотой пил и ел
И, пристально весьма, смотрел
На дев, чей облик был чист и светел...
Но Оргелузу свою он не встретил...
...О, как его благодарили!
Чего ему только не говорили!..
Но снова погрузился он
В целебный, благодатный сои...

XII

Кто спящего даром побеспокоит,
Великим позором себя покроет.
А тот, кто, здесь лежа, глаза смежил,
Воистину отдыха заслужил!..
Свидетельствует Авентюра,
Что отпрыск Лота, племянник Артура,
Хоть совершенно изнемог,
Славу свою преумножить смог!..
Мне даже сравнивать неохота
Дела его с подвигами Ланцилота... 132
Признайтесь сами: неужель
Известный вам всем король Гарель 133
Отвагой рыцарскою сравнится
С тем, кому сейчас так сладко спится?..
Ах, если б множество тех стрел,
От коих он столько перетерпел,
Собрать да взвалить на мула,
Животное б к земле пригнуло!..
Что там Ивэйн? 134 Что там Эрек? 135
Иль полководец имярек?..
О господи, не стану
Прекрасному Гавану
Кого-то противопоставлять:
Зря только раны свои растравлять.
Ведь, победив в ристанье,
Душевные страданья
Мой славный рыцарь не избыл!
Увы! Страдая, он любил.
И сердце его не покидала
Та, что вершиной идеала
Для друга нашего была:
Оргелуза, источник зла!..
Подумайте только, что творится!
Способна ль вправду уместиться
Большая женщина в крохотном сердце?
Через какую такую дверцу
Она к Гавану в сердце вошла
И как дорожку туда нашла?..
Держать не стану я в секрете:
Дела проделывает эти,
Конечно, госпожа Любовь!..
Я с нею в спор вступаю вновь,
Хоть этот спор не мной навязан.
...За что так мучиться обязан
Наивернейший ваш слуга?
Жизнь всем, конечно, дорога,
Однако вы ему дороже!..
(Как дети на отцов похожи! -
Любовью жил бесстрашный Лот!..)
А разве юный Илинот, 136
Гавана родич, не был вами
Загублен при служенье даме?..
Ах, госпожа Любовь, зачем
Вы досаждаете нам всем
И наше губите здоровье?..
И эти капли алой крови
Я не припомнить не могу,
Что на белеющем снегу
Перед очами Парцифаля
Напоминанием предстали
О горестной любви к жене...
А смерть принявший на войне
Гамурет - его родитель -
Он разве был не ваш воитель?
Иль он погиб не из-за вас?!
...Пусть вам припомнятся сейчас
Гаван и все его родные!..
Прекраснейшая Итония 137 -
Гавана дивная сестра.
Она чиста, умна, добра,
Как в вихре бешеного танца
Кружилась из-за Грамофланца, 138
Известного средь королей...
Вы были милостивы к ней?!
Сестра другая - Сурдамур... 139
Ее ли не сгубил Амур,
Влюбивши ее в Александра-царя,
Пред коим рассветная гаснет заря.
Вы всех терзали, всех казнили...
И вот острейшую вонзили
Стрелу в израненную грудь!..
Могу ли вас не упрекнуть
В преступной черствости к Гавану?!
Нет! Обвинять вас не устану...
...Поет Любовь избранник музы!..
Но бедный пленник Оргелузы,
Изведав злую вашу власть,
Навек вас должен был проклясть!..
Как много он стерпел лишений,
Одной из ваших став мишеней!..
. . . . . . . . . . . . .
Ночь миновала. Рассветает...
Свечного света не хватает
Для состязания с дневным!..
...Гаван движением одним
Смахнул с себя оцепененье...
В окно вливалось птичье пенье.
И наш приятель ощутил
Прилив могучих свежих сил.
Затем он произнес тихонько:
"Однако же я спал долгонько!..
Но боже! Вот чему я рад!.."
Лежал новехонький наряд
Взамен его одежды грязной,
Забрызганной и безобразной,
Изодранной когтями льва...
Переодевшись, он сперва
Прошелся медленно по залам,
Любуясь блеском небывалым,
Хоть во дворцах живал не раз...
Хрусталь, рубин, смарагд, топаз
Чудесно стены украшали.
Каменья словно бы дышали
Средь беломраморных колонн...
Вдруг, потрясенный, видит он
Большую башню из камней,
Пылавших тысячью огней,
Переливавшихся, сверкавших,
Необъяснимо отражавших
В его обличии живом
Тот мир, в котором мы живем.
Увидел он моря и горы,
Разливы рек, полей просторы,
Луга и тучные стада,
Затем увидел города,
Где улицы, дома и люди...
Конечно, о подобном чуде
Гаван и помышлять не смел...
Признаемся: он онемел...
Но престарелая Арника
И королевы дочь - Сангива 140
В сопровожденье юных внучек 141
(В глазах у каждой - солнца лучик)
Спешат к герою моему
С желанием внушить ему,
Что, хоть была пустяшной рана,
С постели подниматься рано,
Что надобно себя беречь
И всеми делами пока пренебречь,
Чтоб ране вновь не отвориться...
"О госпожа и мастерица, -
Гаван в ответ проговорил, -
Весь век бы вас благодарил!
Вновь приведен я в чувство -
То ваше сделало искусство!
Вас сам господь ко мне призвал!.."
"Так ты мастерицу во мне признал?
И благодарен мне безмерно?..
Ну, что же. Коли это верно,
Тебя хочу я обязать
Их, всех троих, облобызать...
Все трое - королевской крови..."
Он тотчас же, не прекословя,
С охотой выполнил приказ
И (говорю вам без прикрас)
Почувствовал выздоровленье,
С чем он и принял поздравленье...
И все ж глазами ищет он
Ту чудо-башню средь колонн
И страстно молит, чтоб Арнива
Сего не убирала дива...
...Она сказала: "Ну, так и быть.
Все, что можешь увидеть, увидь!" -
И пальцем ему погрозила...
И башня отразила
(Уж так была она устроена)
Прекрасную деву и гордого воина,
Которые мчались галопом
Сквозь лес, по запутанным тропам...
Правила дева горячим конем,
А рыцарь пылал благородным огнем,
И, чувствуя жаркое жженье,
Он, видимо, рвался в сраженье...
...О, если бы башня ему солгала!
Той девой - увы! - Оргелуза была,
И вид ее был так прелестен...
А рыцарь? Он нам неизвестен.
Я говорю: неизвестен пока.
Еще мы с ним встретимся наверняка.
Однако томить вас не стану -
Вновь возвращаюсь к Гавану...
Он молвит: "Там - рыцарь, я вижу его,
Торопит куда-то коня своего,
Воздевши копье боевое,
Он хочет рискнуть головою...
Ну, что же, коль хочет рискнуть, пусть рискнет!
Мое копье его проткнет!..
Не вы ли мне силы придали?.."
...Все четверо зарыдали:
"Мы не враги вам, а друзья.
Сражаться вам еще нельзя.
Вы не оправились от ран.
А этот паладин - Флоран, 142
Доселе был непобедимым,
О чем считаем необходимым
До вашего сведения довести,
Чтобы образумить вас и спасти...
Но будь вы даже вполне здоровы,
Сражаться вам смысла нет никакого,
Тут мнений быть не может двух,
Несмотря на ваш славный рыцарский дух,
И вы нам, пожалуйста, поверьте...
В случае вашей геройской смерти
Немедленно казнят и нас,
Которых ваш меч благородный спас...
И даже в случае вашей победы
Всех ждут ужаснейшие беды:
Под тяжестью железных лат
Вновь ваши раны закровоточат,
И, к торжеству себя готовя,
Умрете вы от потери крови!.."
...Как быть?.. Герой не хочет ждать!..
Он просит женщин не рыдать
И, обратив молитву к богу,
Собирается в дорогу,
Свой долг Любви отдать спеша...
...И вот Гаван у торгаша,
Где Грингульес покорно пасся,
Чтобы его хозяин спасся!..
Теперь - вперед - к другому дому,
К тому паромщику седому,
Который, как назначил рок,
Его переправил через поток...
Седой паромщик снова
Принял его как родного
И дал копье герою длинное,
Как тот волшебный щит - старинное!..
. . . . . . . . . . . . .
И снова наступает срок
Переправить Гавана через поток.
Гаван еще слаб, Гаван еще болен,
Но разве рыцарю позволен
Трусливой слабости позор?!
Итак - всему наперекор!..
...Сын достославнейшего Лота
Сшиб супротивника с налета.
Не поднимая головы,
Средь блещущей росой трапы,
Лежал он, сброшенный с коня
Толчком старинного копья,
И в безнадежнейшем положенье
Свое признал он пораженье...
. . . . . . . . . . . . .
Гаван с паромщиком расстался.
Старик в обиде не остался,
Взамен волшебного копья
Забрав у рыцаря коня.
Однако, рассуждая здраво,
Старик имел на это право,
Гавана одарив щитом,
Копьем снабдив... Но не о том
Сейчас поговорить охота,
А о другом!.. Как сына Лота
Надменная Оргелуза встретила
И чем на восторги его ответила...
Итак, на Гавана она взирает:
"Вас, вижу, гордость распирает.
Вы возомнили о себе,
Что вы - герой!.. Но лишь судьбе
Слепой обязаны удачей!..
Однако нрав у вас горячий,
Не то б смогли вы сплоховать,
Попав в волшебную кровать!..
Ого! Вы даже льва убили!..
Но - полно! Разве вы забыли:
Вас в замке ваши дамы ждут,
И нечего вам делать тут!..
Иль, как вы сами говорите,
Вы, рыцарь, все еще горите
Любовью пылкою ко мне?.."
Гаван вскричал: "Я весь в огне!
Победный меч вы мне вручили!
Раны мои вы залечили!
Меня ваш светлый образ спас!
И жить я не могу без вас!.."
"Ну, что ж! Тогда поскачем вместе
Во имя Доблести и Чести.
Но нелегко придется вам...
Предупредите ваших дам!.."
Исполнен трепета священного,
Гаван направил в замок пленного,
Который предал все огласке...
У многих увлажнились глазки.
"Надежда наша, наш оплот,
Пусть радость господь тебе ниспошлет,
Пусть, нашему внимая плачу,
Бог ниспошлет тебе удачу!
Рыдать мы будем целыми днями
Из-за того, что расстался ты с нами!.."
...Сказала мудрая Арнива:
"Вот роза-то на вид красива,
Да больно колются шипы!
Ах, со спасительной тропы
Сошел наш друг, с дороги сбился.
И в сердце шип ему вонзился,
Хоть роза радует глаза.
О, да минует его гроза!.."
В волшебном замке, в дивном зале,
Навзрыд четыреста дев рыдали,
И этот плач не унимался...
...Меж тем герой за славой гнался...
С любимой встретившись, Гаван
Забыл про боль телесных ран.
Отныне дух его и разум
Поглощены ее приказом:
"Во избежание позора
Вы проберетесь в сад Клингсора,
Чтоб для меня венок сплести
И мне в подарок преподнести,
Любой - вы слышите? - ценою!
И будете любимы мною!.."
Промолвил Гаван: "Я в тот сад войду,
Все пересилю, любую беду,
Но венок на вас надену -
Высокую вы назначили цену!
Ведь за любовь и жизнь отдать!..
Знайте: до самой смерти я - ваш!.."
. . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . .
Но вот невдалеке от сада
Они услышали шум водопада,
И хоть уже цель была близка,
Ее отделила от них река...
Оргелуза сказала: "Я буду здесь ждать...
За любовь собирались вы жизнь отдать,
Но жизни вашей мне не надо,
А, напротив, я была бы рада,
Если бы, дорогой дружок,
Вам удалось в один прыжок
Эту реку перепрыгнуть
И волшебного сада Клингсора достигнуть
Тогда бы воистину то сбылось,
Что никому из рыцарей не удалось.
И вы бы меня получили в награду!.."
Они подъехали к водопаду...
. . . . . . . . . . . . .
И герой Гаван изо всех своих сил
Шпоры коню в бока вонзил,
И конь только черною гривой тряхнул -
И через реку перемахнул
Одним, как говорится, махом...
А Гаван и не соприкоснулся со страхом...
...И все же, хоть конь казался крылатым,
Прыжок оказался коротковатым.
Коня и всадника поток
Вниз по течению поволок...
...Несчастнейшая герцогиня
(Куда подевалась ее гордыня?)
Стенает, льет слезы, ломает руки
Потому, что не выдержишь этой муки,
Когда должно взирать твое око
На то, что уносит вода потока
Кого-то по твоей вине...
...(Оргелуза сгорала в любовном огне...)
. . . . . . . . . . . . .
Между тем Гаван, уцепившись за ветку
(Чудеса происходят не так уж редко)
И ловко орудуя копьем,
На сушу выбрался вместе с конем...
...Вскоре, не страшась засад,
Гаван проник в заветный сад
И листьев нарвал, сплел чудесный венок
И решил, что он в мире не одинок...
. . . . . . . . . . . . .
Он спешил к любимой. Он был влюбленным...
Вдруг какой-то рыцарь в плаще зеленом
Появился невдалеке
В дивной шляпе и с ястребом на руке...
Рыцарь был без оружья, без снаряженья.
Но, однако, не скрыл своего раздраженья.
На поклон Гавана отвесив поклон,
С добрым утром пришельца приветил он
И спросил хоть и грозно, но не лукаво:
"Где, скажите, вы взяли такое право
Здесь ломать деревья, венки плести?!
Я не в силах этого перенести...
Оргелуза, конечно, вас подослала...
Сколько рыцарей гибнет, а ей - все мало!..
Но не бойтесь, дорогой господин,
Я ни с кем не сражаюсь один на один,
А люблю рисковать головою:
Я - один, а противников - двое.
Иногда я, один, вызываю троих
И пока что всегда побиваю их!.."
...Пробежал по спине Гавана холод...
Говоривший с ним не был ни стар, ни молод,
Королевской осанкою поражал...
Гаван его слушал, не возражал,
Он и сам поединок считал здесь ненужным:
Незнакомец-то был безоружным!..
Но Гаван был уверен, что час придет -
И поединок меж ними произойдет!..
Затем незнакомец сказал Гавану:
"Лишь с одним я драться стану
Один на один, лицом к лицу,
Чей отец моему дорогому отцу
Нанес однажды смертельную рану...
Я отмcтить обязан Гавану!..
Может быть, вы слыхали о том,
Что Гаван у Артура за Круглым столом
Средь любимцев его пребывает!
В жажде мщенья душа моя изнывает!
Я - король Грамофланц!.. Обет мною дан
Отмстить за отца!.. 143" И отважный Гаван
Отвечает такими словами:
"Отпрыск Лота, Гаван перед вами!..
Я готов хоть сейчас поединок начать,
До конца за отца моего отвечать,
С безоружным лишь драться не стану!.."
..."О, неужто я вижу Гавана?! -
Грамофланц с удивлением произнес. -
Ты мне боль причинил и усладу принес...
Поединок с тобою начни я -
И отвергнет меня Итония!..
Обещай перед тем, как сраженье начать,
Итонию, сестру твою, в жены отдать
Мне, кто любит ее больше жизни самой!.."
"...Так жестоко, так злобно шутить надо мной
Вам, король Грамофланц, не пристало:
Итония бесследно пропала!..
Много лет не могу отыскать ее след,
И надежды на это, мне кажется, нет,
И откроется правда не скоро!.."
"...В заколдованном замке Клингсора
Итония любимая мною живет!..
Да! Она меня любит! Она меня ждет!..
Знай же: господу было угодно -
Итония отныне свободна!
Говорят, что умер волшебник Клингсор!..
Неужели все эти слухи - вздор?!"
Гаван спешит с ответом:
"Я был сегодня в замке этом,
Переходил из зала в зал
И только не подозревал,
Любви отравлен ядом,
Что Итония - рядом!.."
"Как? Ты в волшебном замке был?!
Так это ты освободил
Четыреста дев из Клингсорова плена?!
Да будет имя твое священно! -
Воскликнул Грамофланц-король. -
Тогда еще с одной дозволь
Нижайшею просьбой к тебе обратиться:
В Клингсора замок возвратиться,
Чтоб Итонию повидать
И ей колечко передать!.."
...И Гаван отвечает такими словами:
"Когда же мы сразимся с вами?
Кольцо сестре я передам,
Но кровь свою я должен вам..."
..."Во имя той, кто мне всех родней,
Мы встретимся через шестнадцать дней,
С сегодняшнего дня считая,
То воля господа святая!..
В долине, возле Иофланца 144
Битва Гавана и Грамофланца,
Я полагаю, соберет
Прекрасных дам, благородных господ.
Мы, как на праздник, их созовем,
Знамена мы свои взовьем.
Король Артур к нам в гости прибудет.
И спор отцов наших кровь рассудит!.."
. . . . . . . . . . . . .
Вновь переправившись через поток,
Гаван Оргелузе вручил венок.
Она к ногам его припала,
Слова благодарственные шептала.
Он целовал ее в уста,
Но молвил: "Святостью щита
Помыкать не смейте!..
Хоть целый мир осмейте -
И все ж одна святыня есть:
Это - рыцарская честь.
За что же вы над ней глумитесь?.."
..."Мой доблестный, любимый витязь,
Простите, грешницу, меня...
Судьбу жесточайшую кляня,
Любви я вашей недостойна.
Но выслушайте меня спокойно...
Когда-то, не изведав зла,
Я тихой скромницей была
И только всем добра желала,
Покуда ненависти жало
Не тронуло груди моей...
Один из здешних королей,
Грамофланц по имени,
Лишил моей любви меня,
Убив того, кто был мною любим,
Считался женихом моим,
Дабы остатний путь земной
Прошли мы вместе: муж с женой.
И вот, когда погиб мой князь,
Торжественно я поклялась
Своей загубленной любовью
Мстить рыцарскому сословью!..
Кто бы в любви ни клялся мне,
Был обречен в могильном сне
На веки вечные забыться...
Я своего смогла добиться!..
Вы - первый, первый среди них,
Кто - слава господу! - в живых,
На радость мне, остался...
И отныне с мщеньем мой дух расстался.
...Примите же, рыцарь, мою любовь.
С вами и я воспряла вновь...
. . . . . . . . . . . . .
Но теперь я вам тайну тайн доверю.
Ужасную познав потерю,
Я долго думала: как мне быть,
Чтоб короля Грамофланца убить?..
Его я требовала крови!
И это страшное условье,
Мой столь безжалостный призыв,
Меня безумно полюбив,
Король Анфортас принял некий...
Об этом бедном человеке
Я вспоминаю иногда:
Из-за меня - его беда...
. . . . . . . . . . . . .
Без мщенья жизнь мне сделалась постыла.
С Клингсором в заговор я вступила,
Чтобы добиться торжества
Хотя бы с помощью колдовства...
Все было зря. Все было тщетно...
Летело время незаметно,
И я, исполненная зла,
Все лишь отмщением жила...
И никого я не любила,
Влюбленных рыцарей губила...
Ах, кто сюда бы ни попал,
Любовью страстной ко мне пылал
И сразу после объясненья
Уж мог не надеяться на спасенье!..
И, помню, только одного,
Кто не сказал мне ничего,
Полюбила я когда-то...
Он, видимо, спешил куда-то,
О чем-то думал все и молчал,
Меня почти он не замечал...
Ходил он в ярко-красных латах...
Решив, что он - из неженатых,
Я вспыхнула любовью вдруг...
Не осуждайте меня, мой друг,
Но в том, кого я полюбила,
Была таинственная сила...
Он верных стражников моих
(Один пошел на пятерых!)
Взял в плен вот здесь, на переправе,
Хотя ничуть не рвался к славе...
Паромщику отдал он их коней...
И я полюбила еще сильней...
Наверно, никем я так не дорожила,
Но когда я все ему предложила:
И замок свой, и владенья свои,
И весь жар нерастраченной, юной любви, -
Он молвил голосом печальным:
"Поверьте, в Пельрапере дальнем
Ждет меня королева, что мной
Навеки избрана женой.
А сам зовусь я Парцифалем.
Не вами, а святым Граалем
Всецело разум мой поглощен!..
Мой грех!.. Он будет ли мне прощен?.."
Скажите, что же это было:
Я недостойного любила,
И вы разлюбите меня,
Безумие мое кляня?!"
...Гаван ответил: "Не казнитесь!
Достойнейший, честнейший витязь
Вас, благородная, привлек!..
Ах, где он? Близок ли? Далек?
Я сам ищу его повсюду
И вас не только корить не буду,
А - в этом торжественно клянусь -
Пред вашим чувством преклонюсь!..
...Теперь скажу о Грамофланце:
На плацу, при Иофланце,
Я, в том себя надеждой льщу,
На поединке отомщу
Тому, кто принес вам столько боли!..
Через шестнадцать дней! Не доле!.."
...И к замку вместе они поскакали,
И влюбленным взором друг друга ласкали,
И ни для нее, и ни для него,
Кроме них, в мире не было никого!..
...Но вот показались зубчатые стены,
И Гаван промолвил: "Непременно
Должны мое вы имя скрыть
И никому не говорить,
Кто я такой, иду откуда -
Так надобно покуда...
Во имя спасенья своей сестра:
От посторонних до поры
Свое я имя скрою...
...Увидевши героя,
Кто льва волшебного одолел,
Весь замок восторженно загудел,
Все рыцаря встречали,
И крики радости звучали.
И даже воины Клингсора
Восторженного взора
Не захотели отвести
От рыцаря, кто смог спасти
Дев столь прекрасных, сколь и невинных,
Когтей не убоявшись львиных...
Да, с незапамятных времен
Так много флагов и знамен
Над башнями не вилось...
Все пело, веселилось...
Паромщик с дочерью младой
С напитками прибыли и с едой...
По приглашению красотки
Гаван и Оргелуза к лодке
Вдвоем торжественно пошли
И там бочонок с вином нашли.
Бочонок был прозрачный -
Подарок для новобрачной!
Отказа не было в еде!..
Плыли они по синей воде,
Закусывая вкусно -
Все было преискусно!..
Плыли влюбленные вдвоем,
И о ранении своем
Гаиан и думать позабыл,
Ту обретя, кого он любил!..
Прекрасным было их возвращенье,
Отменным было угощенье,
Волшебный замок пировал:
Гаван всем свободу даровал!..
Пир приготовила на диво
Многомудрая Арнива.
И получил Гаван гонца -
Весьма проворного юнца...
. . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . .
Покуда в зале громыхал
Веселый, пестрый, шумный бал,
Покуда в этом зале
Рыцари с дамами танцевали,
Гаван с пергаментным листком
Из зала выбежал тайком,
Чтоб написать Артуру тайно
Послание, важное чрезвычайно.
(Он, откровенно говоря,
Учился грамоте не зря:
Не было в записке
И крохотной описки.)
"Гаван, племянник ваш и вассал, -
Он в возбуждении писал, -
Вам кланяется низко... -
Так начиналась его записка. -
И хоть не на одной войне
Я дрался в дальней стороне,
Я вас не забываю...
Сейчас я пребываю
В том самом замке, где Клингсор
Был властелином с давних нор
И где (по различным причинам)
Я стал отныне господином
С женой возлюбленной моей...
Однако через шестнадцать дней
Под знаменитым Иофланцем
Со знаменитым Грамофланцем
Мне поединок предстоит!..
О, пусть господь меня простит!..
Ввиду сего событья
Жду вашего прибытья
В сопровождении двора..."
И молвил он гонцу: "Пора
В дорогу собираться!
Не так легко добраться!.."
...Едва гонец успел уйти,
Его повстречала на пути
Премудрая Арнива,
Спросила торопливо,
Куда он послан и зачем,
Но мальчик оставался нем,
Не мог он секрета выдать чужого
И поэтому не проронил ни слова...
Любимым послан господином,
Спешил он к Артуровым гордым дружинам...

Примечания А.Д. Михайлова

128 Терремарвей. - То есть Страна Чудес (от франц. Terre de Merveilles). вернуться к тексту
129 Лимарвей - транскрипция (неточная) упоминаемой и Кретьеном волшебной кровати (Lit de la Merveille). вернуться к тексту
130 Клингсор. - Этот персонаж у Кретьена не назван по имени; о нем лишь сказано, что он понаторел в астрономии. Этимология имени этого персонажа (при ее кажущейся прозрачности) не ясна. Возможно, оно восходят к принятому в средние века обращению к странствующему певцу: meister klingesaere. вернуться к тексту
131 Арнива - жена Артура, мать жены короля Лота Сангивы и бабка Гавана. вернуться к тексту
132 Ланцилот (Ланселот) - один из популярнейших героев артуровских сказаний и рыцарских романов; в прозаических обработках последних (XIII в.) он вытеснил всех остальных героев, прочно заняв первое место. Он был сыном короля Бана Бенойкского. Ланселот был воспитан на дне озера (отсюда его прозванье - Ланселот Озерный) и, выйдя оттуда, совершил многие подвиги во славу своей дамы сердца королевы Геньевры. На немецком языке около 1194 г. был написан роман о Ланцилоте Ульрихом фон Цацикхофеном. вернуться к тексту
133 Гарель - рыцарь Круглого стола, герой одного из поздних куртуазных романов - романа Плейера "Гарель из Цветущей долины". По-видимому, легенда о Гареле быювала и ранее, возможно, в устной передаче. вернуться к тексту
134 Что там Ивэйн? - Вольфрам имеет в виду героя одноименного романа Гартмана фон Ауэ. вернуться к тексту
135 Что там Эрек? - Здесь Вольфрам упоминает о схватке героя романа Гартмана "Эрек" с гигантом Мабонагреном, охраняющим чудесный сад. вернуться к тексту
136 Илинот - в немецкой традиции так звали сына Артура. вернуться к тексту
137 Итония - сестра Гавана, возлюбленная и затем жена Грамофланца. У Кретьена она зовется Кдариссанс (то есть "Светлая"). вернуться к тексту
138 Грамофланц. - У Кретьена он назван Гиромелантом. вернуться к тексту
139 Сурдамур - немецкая транскрипция старофранцузского Soerdamurs (то есть "Сестра любви"). О ней рассказывается в романе Кретьена "Клижес". Она вышла замуж за византийского принца Александра, и от этого брака родился Клижес. вернуться к тексту
140 Сангива - мать Гавана (см. прим. 131). вернуться к тексту
141 В сопровожденье юных внучек... - Это сестры Гавана Итония и Кундри (но не прорицательница. - Ср. прим. 99). вернуться к тексту
        (99 Кундри. - В романе действует еще один персонаж с таким же именем: сестра Гавана. Этимология этого имени понятна: оно построено так же, как и русское слово "ведьма", то есть "знающая", "ведающая" (в имени персонажа Вольфрама основа Кунд - от немецкого слова "знание")).
142 Флоран из Итолака. - В тексте он назван турком. Предполагается, что он входит в отряд телохранителей Оргелузы. вернуться к тексту
143 Отмстить за отца! - Отцом Грамофланпа был Ират, король Роше Саббинс (искаженная транскрипция французского наименования Roche de Sanguin, то есть Окровавленной Скалы). вернуться к тексту
144 ...возле Иофланца... - Эта местность, несколько раз названная Вольфрамом, не поддается идентификации. вернуться к тексту


Главы

I-II III-IV V-VI VII-VIII IX-X XI-XII XIII-XIV XV-XVI
Вернуться на главную страницу
Прекрасный поэт Давид Самойлов писал стихотворения ещё при советском периоде.