ШКОЛА СТАРИННОЙ МУЗЫКИ - БИБЛИОТЕКА
БИБЛИОТЕКА

Музыкальная эстетика средневековья и Возрождения

© "Музыкальная эстетика западноевропейского средневековья и Возрождения" М.: "Музыка", 1966
© Составление текстов и общая вступительная статья В. П. Шестакова

СРЕДНИЕ ВЕКА

Эстетика Ars nova

[Проблема музыкальных длительностей]

        Ficta musica [возникает тогда], когда мы из тона делаем полутон и обратно. Каждый тон может быть поделен на два полутона, и потому знаки полутона могут придаваться ко всем тонам. Знак же, как говорит мудрый полагатель знаков, радует сердце человека.
Филипп де Витри. Искусство контрапункта, - Coussemaker, III, 26.

        Там, где стоят эти знаки - b и #, не фальшивая, но правильная музыка и необходима, так как ни одного мотета, ни одного ронделя без нее спеть нельзя.
Филипп де Витри, Ars nova, - Coussemaker, III, 18.

        Falsa musica не бесполезна - напротив, она необходима для получения хорошего консонанса и избежания дурных. Поэтому она не фальшивая музыка, а необычная.
Аноним II, - Coussemaker, I, 310.

        Естественное пение - то, которое на каждом соединении четырех звуков имеет кварту, и иначе по естественности быть не может. Естественным оно называется потому, что человеческий голос всегда бывает доволен, если в каждом четвертом звуке будет полутон.
Маркетто Падуанский, - Gerbert, III.

        Следует внимание обратить на falsa musica, которая весьма необходима для музыкальных инструментов, а для органа в особенности. Falsa musica в том заключается, когда мы из целого тона полутон делаем, и наоборот. Ибо каждый тон делится на два полутона, и посему употребление знаков, полутоны обозначающих, может быть распространено на все звуки.
        Фальшивая музыка не что иное, как фальшивый музыкант, фальшиво мычащий; это получается четырьмя способами: 1) когда фальшиво поет тот, кто воображает себя великолепным музыкантом, или из невежества, невнимания, распутства не обращает внимания на то, как он должен петь... не заботится об истинном пении, кто из своей головы производит фальшивое песнопение против католической веры; 2) из-за ошибок нотатора, не знающего линий, нот и ошибочно их переписывающего в другую книгу; 3) когда неисправленные ноты берутся за образец; 4) из-за небрежности хорошего музыканта, когда он, заметив фальшивую ноту, не исправляет ее на правильную. Впадаешь в заразу фальшивой музыки, когда смягчаешь F, G с, d, которые этого не терпят...
        Берегитесь испорченных нот в книгах! Пусть хороший музыкант поправит их! И пусть учатся, если хотят петь истину! Нехорошо и постыдно хвалиться фантастическими песнопениями и ими восхвалять бога!
Э. Саломо (1274), - Gerbert, III, 61-63.

        Пятый лад. Способ пения у монахов: начинают на с, спускаются на а, затем подымаются к b, понижают его противно рассудку и потом спускаются в F. Второй способ иначе: сначала спускаются от с к G, а потом поднимаются на а или на b, понижая его, и потом опускаются к F. У них нет никакого порядка: смягчая интервал а-b, впадают в порочность фальшивой музыки, прелаты об этом недостатке пения не заботятся, и может быть, и бог о них не заботится, как о том, кому сказано было: ты отверг знание, я отвергаю тебя, чтобы ты мне не служил, и повесят тебе жернов ослиный на шею твою, и будешь ввергнут в пропасть.
Э. Саломо, Scientia artis musicae, - Gerbert, III, 50.

        Несмотря на полную настороженность внимания, часто не разберешь ни одного слова в пении; так часто повторяются постоянно отдельные слова, так запутаны голоса, что все это похоже скорее на сбивчивый крик, чем на пение.
Епископ Линданус в кн.: К. Weinmann, Das Konzil von Trient und die Kirchenmusik, 1919, S. 73.

        Надлежит заметить, следует ли терпеть в мессах такой род музыки, в настоящее время преобладающий в фигуральных композициях, который большее удовольствие доставляет ушам, а не уму и, по-видимому, скорее к разврату ведет, чем к религии, так как в этих композициях часто поются не церковные вещи, как, например, охоты, битвы и т. п.
Из докладной записки, представленной на собор. Там же, S. 55.

        Злоупотребление прежних и знаменитейших сочинителей месс Иодока [т. е. Жоскина Депре. - Прим. ред.]. Мутона, Адриана [т. е. Вилларта. - Прим. ред.] и других соумышленников их заключалось в том, что для священных напевов церковной службы они брали песни не только светского содержания, но часто развратного и позорного. Можно ли терпеть такого живописца, который, желая изобразить образ какой-нибудь святой девы, например Агнессы или Екатерины, взял бы за натуру лицо какой-либо пользующейся большой известностью блудницы?
D. В. Doni, De praestantia musicae veteris, 137, Цит. у Амброса, IV, 15.

        Чтобы высоко и связно петь чистым, четким и красивым голосом, никого нельзя называть музыкантом, если он хорошо, в полном совершенстве не знает гармонию и симфонию, никогда о них не забывая; он должен уметь знать созвучия, связно применять синкопы, умело, не сплошь пользоваться украшениями [цветочками - fleuretes].
Туринский манускрипт с соч. Цезариса, XIV век. Цит. по кн.: A. Gastone, Les primitifs de la musique francaise, 1931.

        Искусно построенная мелодия для того изобретена и учреждена, чтобы радовать слушающих и слух; в других чувствах удовольствие получаются от восприятия, а восприятие - от различения [частностей]; так и в пении, и в слушании его удовольствие получается только тогда, если мелодия хорошо воспринимается, а это может быть только в том случае, если в ней можно разобрать части.
Энгельберт из Адмонта - Gerbert, II, 365.

        Музыка введена Филиппом Витрийским, который был цветом музыкантов всего мира.
Симон Тунстед. - Coussemaker, IV, 204.

        Потом появился Филипп Витрийский, изобретший стиль (maniere) мотетов, и баллад, и песен, и простых рондо; установил в музыке четыре длительности нот, красную нотацию и новизну пропорций.
"Regles de rhetorique" (XIV век). Цит. у Амброса, II, 379.

        Известно, что в прежнее время обо всем написал для всех Франко, а в новое время Филипп [де Витри] очень многое изобрел изящного.
"Ars perfecta" (XIV век), Coussemaker, III,

        После [Филиппа Витри] пришел метр Гийом де Машо, великий в риторике новой формы; с ним начались новые напевы и совершенные песни любви.
Анонимный автор. Цит. по кн.: J. Combarieu, Histoire de la musique, 1920, I, p. 392.

        Вы встретите людей, кои еще вопрошать осмеливаются, была ли музыка древних лучше нашей? Ах, брат Андре, сколь бывают извращены несчастные люди! Для них не существует величия дисканта, и мелодические напевы Адама де ла Галь и Машо, кои с восхищением и через тысячу лет слушаемы будут, им не известны. Наши музыканты говорить не устают, что с теперешней музыкой то же будет, что и с вином, которое они столь охотно пьют; чем то и другое старше будет, тем лучше покажется.
Высказывание любителя музыки XIV века. Цит.: Н. М. Schletterer, Studien zur Geschichte der franzosischen Musik, 1884-1885, S. 135.

[О консонансе и диссонансе]

        Нельзя давать два одинаковых совершенных консонанса, переходя с линейки на промежуток и обратно, но повторять их на одной и той же высоте можно хоть четыре, хоть три раза. Можно чередовать между собой сколько хочешь совершенные разные консонансы, как, например, квинту и октаву, октаву и дуодециму, но нельзя чередовать унисон и октаву, так как, по Боэцию, это одно и то же. И диссонансами мы теперь, по современной практике, пользуемся и так, что диссонанс секунды дает сладость нижней терции, диссонанс септимы - сладость сексты, диссонанс тритона - сладость квинты.
Филипп де Витри, Ars nova, глава 8, 4, Coussemaker, III.

        Никогда один и тот же консонанс не должен повторяться один за другим.
Филипп де Витри (?), Optimae regulae contrapuncti, III, 28.

        Дискант делается на один и тот же текст, или на разные, или же вовсе без текста. Если его делают с текстом, то бывают два случая - с одним и тем же или с разным. С одним и тем же текстом делают дискант в кантиленах, ронделях, в церковном пении. С различными текстами делают его в мотетах, имеющих третий голос или тенор, идущий своим текстом. С текстом или без него дискант делают в кондуктах и в том роде церковного пения, который, собственно, органумом именуется. Во всех этих родах поступают одинаково, за исключением кондукта, ибо во всех других родах берут уже готовый голос [напев], который тенором прозывается, так как он дискант держит и дискант от него происходит. В кондуктах же не так: один и тот же человек сочиняет и cantus [мелодию], и discantus.
Франко - Gerbert, III, 12.

        Консонансом называется, когда два звука одновременно так соединяются, что один звук может согласоваться с другим согласно требованиям нашего слуха; диссонансом называется, когда два звука одновременно так соединяются, что один звук не может согласно требованиям нашего слуха согласоваться с другим.
Иоанн Гарландин, Coussemaker, I, 755.

        В согласии с "Римской курией" французскими и всеми прочими "музыкальными" певцами за правило принято, что тенор, держащий дискант, поется без украшений, покойно и веско и правильным размером, дабы не натолкнуть на диссонансы дискантирующих на теноре. Этого требует разум, ибо на шатком основании стойкого здания не возводят. Также и на шатком теноре трудно дискантировать, не фальшивя.
        В мотетах и ронделях, также и в прочих песнях, тенор поется так, как он написан.
        Однако же не следует воспрещать певцу, тенор поющему, вставлять красивые, вверх и вниз идущие фигуры, когда он замечает, что это дисканту не служит помехой; но предпочтительней все же от сего воздержаться, ибо для сего навык и знания потребны.
        В некоторых странах, однако, такие певцы находятся, кои природу музыки извращают, из крыши основание творя, а именно тем, что третий голос поют в теноре как в мотетах, так и в дискантировании.
        По мнению людей этих, тот не в состоянии тенора петь, кто не снабжает его фигурацией и не разрывает. Люди эти не "музыкальные" певцы, искусству и разуму согласно поющие; их можно скорее к менестрелям причесть, которые поют не по правилам искусства, но лишь путем практики.
        Великая глупость - придумывать новые нотные знаки без необходимости в сем, как то делают эти новые певцы, которые изобретателями новых обманов названы быть могут. Одни ставят семиминиму, другие - драгму, иные изменяют длительность нот, прилаживая к ним ласточкины хвосты, или прибавляют точку к паузам и еще многое удивительное.
Симон Тунстед (1301) - Coussemaker, IV, 295.

        Из приведенных объявлений и примеров musica ficta мы уяснили себе, что она имеет среди низких и высоких звуков. Она дает возможность, если случайно консонансы окажутся неблагозвучными и несовершенными, привести их к хорошему и согласному звучанию, так как в контрапункте консонансы должны быть всегда совершенными.
        Но, однако, мы применяем musica ficta и при несовершенных консонансах или для колорирования диссонансов. Причина же применения musica ficta двойная - именно достижение более мягкой гармонии и более близкого совершенства. Первое заключается в том (это всякому понимающему человеку и теоретику вполне ясно), что благодаря musica ficta, достигаемой через b-molle и так и через # quadro, смотря по данному случаю, получается приятнейшая для слуха гармония. Второе же коренится в том, что всякий несовершенный консонанс или диссонанс ищет, подобно всякому несовершенству, своего совершенства и тем скорее совершенствуется, чем ближе подходит к этому совершенству. Отсюда и получается, что этим диссонансам предпосылаются знаки musica ficta [т. е. альтерации] - то b-molle, то # quadro - и диссонансы при меньшем расстоянии приобретают искомое совершенство. Именно b и # объясняют, какое совершенство они придают несовершенным диссонансам и какую приятную гармонию они им сообщаю г. Именно b-quadro, поставленное в первом примере, делает сексту большой, и они ближе к совершенству, т. е. к октаве. Первое же b-molle, поставленное в первом примере, дает не усовершенствование диссонанса, но его украшение, приближающее его к непосредственному совершенству - к октаве. Действительно, получающаяся малая секста здесь ближе к своему совершенству, т. е. к октаве, а, чем меньше расстояние, тем легче достижение совершенства. Итак, названное b ставится не для совершенствования консонанса, но через украшение секст легче достигается совершенство октавы.
Уголино из Орвието, Musica disciplina. Цит. по кн.: A. Delafoge, Diphtherographie musicale, 1864, S.

Перевод М. Иванова-Борецкого

вернуться к оглавлению

Вернуться на главную страницу